Эксперт рассказал как «Владивостокский морской рыбный порт» планирует развиваться и почему некоторые идеи форума являются утопией
08 September 2015, 15:03

Денис Викторович Сарана
Член совета директоров ОАО «Владивостокский морской рыбный порт» (ВМРП)

Денис Сарана, член совета директоров ОАО «Владивостокский морской рыбный порт» (ВМРП), — один из самых цитируемых экспертов, известный своей реалистичной оценкой различных деловых инициатив в Приморье.

Поучаствовав на прошлой неделе в первом Восточном экономическом форуме (ВЭФ) во Владивостоке, он согласился рассказать «К», как порт планирует развиваться и почему некоторые идеи форума являются утопией.

— Денис Викторович, каковы ваши впечатления от первого Восточного экономического форума?

— Несмотря на небольшие организационные проблемы, Восточный экономический форум прошел на высоком уровне. Я пока не частый участник таких масштабных мероприятий, и мне понравилось. В целом, думаю, потенциальные инвесторы, как российские, так и зарубежные, ощутили атмосферу Дальнего Востока и получили много полезной информации как о самом регионе, так и о инициативах местных предприятий.

— На пленарном заседании президент Владимир Путин предложил расширить географию режима «Свободный порт» на все ключевые гавани Дальнего Востока. Не затеряется ли Приморье на этом фоне?

— Идея уже озвучивалась президентом и, конечно, имеет под собой рациональное зерно. Ведь развивать нужно весь Дальний Восток, а не только юг Приморья. Однако, на мой взгляд, сначала следует окончательно сформировать законодательную базу «Свободный порт Владивосток» (СПВ) и подписать все подзаконные акты, запустить его. Затем, по-хорошему, дать этому режиму хотя бы год, чтобы посмотреть, как он работает, «обкатать» процедуры. И только потом распространять на другие регионы Дальнего Востока. Если сейчас разработчики станут готовить документы под иные ключевые гавани, то появляется риск задержек с введением продуманных механизмов во Владивостоке. Хотя готовиться можно и сейчас, но не в ущерб уже принятому закону.

— На полях ВЭФ порт заключил меморандум с Фондом развития Дальнего Востока и Байкальского региона (ФРДБ) о строительстве холодильно-складского комплекса. Гендир фонда Алексей Чекунков не раз говорил, что на Дальнем Востоке мало готовых, хорошо структурированных проектов, поэтому ФРДБ не выделял деньги. Вы смогли сделать предложение, от которого они не смогли отказаться?

— То, что ВМРП и Фонд развития Дальнего Востока заключили первое соглашение из подписанных на этой площадке, — для нас очень стимулирующий фактор. Именно нам Фонд сделал предложение, от которого мы не смогли отказаться! Движение навстречу было с обеих сторон, и это очень отрадно.

Над проектом строительства холодильно-складского комплекса емкостью около 20 тыс. тонн мы задумались чуть больше года назад. Тогда же мы стали просчитывать разные варианты его реализации с учетом существующих льготных механизмов. Ведь просто так поднять цены для того, чтобы окупить дорогостоящий проект, нам не дает существующая конкуренция, клиенты бы ушли. В режиме «Свободный порт» проект заиграл рентабельными красками: за 10 лет эксплуатации нового современного холодильника норма рентабельности превысит 15%. Стоимость же самого проекта составит около 1,2 млрд рублей.

Соглашение между ВМРП и ФРДБ готовилось обеими сторонами два месяца и фактически является полноценным кредитным договором, где все прописано подробно. ВМРП получит заем сроком на десять лет, процентная ставка будет на уровне, установленной фондом, — сейчас около 10,5% годовых, она меняется в зависимости от доходности долгосрочных ОФЗ. Мы уже знаем, что хотим, какие технологии будем использовать. Да и в мире есть уже подобные объекты. В частности, в Китае построены холодильники по самым современным технологиям и нам даже придумывать ничего не надо. Остается только адаптировать проект под российские условия, причем мы ожидаем, что емкость нового холодильника — при тех же размерах и затратах — будет до 50 тыс. тонн, это для нас отличные новости.

— Вы часто отмечали в различных выступлениях, что в советское время, при перевалке через порты Приморского края до 3 млн. тонн рыбы в год, холодильных мощностей было около 58 тыс. тонн единовременного хранения, и этого хватало. Сейчас холодильников стало больше — 83,5 тыс. тонн. Дефицита холодильных мощностей нет. Не боитесь, что новый холодильник окажется пустым?

— Емкость одного нашего рабочего холодильника сегодня — 15 тыс. тонн, и, вы правы, средняя загрузка его по году составляет 65%. Потому что ни один торговец рыбой, не говоря уже про самих рыбаков, не заинтересован в том, чтобы продукция лежала длительное время где-то в холодильниках. Ведь это фактически замороженные деньги, а они должны быть всегда в движении.

С появлением нового холодильника мы надеемся на эффект современных технологий. Ведь по объемам затрат он будет сопоставим с текущим нашим холодильником. Это первое. Второе — в новом холодильнике будут предусмотрены камеры хранения разных температурных режимов, более того, их можно будет отключать в случае малых объемов рыбопродукции. Третье — мы планируем вводить льготные тарифы на хранение рыбопродукции и тем самым привлекать дополнительных клиентов. И, наконец, четвертое — холодильно-складской комплекс может использоваться не только под рыбу, но и мясо, овощи и т. п.

— Без гарантий сохранения присутствия в порту стивидора и доступа к морю высоки риски не вернуть средства. Как в связи с этим у вас выстраиваются отношения с Росрыболовством и его дочерней структурой «Нацрыбресурс», которой принадлежат причалы и которая пыталась навязать вам невыгодные условия аренды?

— Получение ВМРП причалов в аренду на 49 лет или в собственность — одно из условий меморандума с Фондом. На мой взгляд, было бы правильно вообще отдать предприятиям эти причалы, без всякой аренды и лишних посредников. На нашей единой береговой линии налицо разные условия для бизнеса: есть предприятия, которым можно иметь свои причалы, не платить аренду вообще, вкладываться и содержать инфраструктуру самостоятельно, а есть те, кому причалы в собственность не отдают и непонятные деньги за них собирают. Разве это честная конкуренция? Об этом и Ю.П. Трутнев неоднократно заявлял, и губернатор в этом нас поддерживает.

— Когда начнется непосредственная реализация проекта строительства холодильно-складского комплекса?

— В ближайшие две-три недели ВМРП планирует организовать тендер, определить компании, способные строить подобные объекты, оснастить холодильник самым современным оборудованием. К слову, проектом уже интересуются китайские и японские предприятия. А в октябре мы планируем приступить к проектированию. Что касается непосредственно строительства, то по условиям меморандума финансирование начнется, когда ВМРП получит статус резидента свободного порта Владивосток — это второе условие Фонда.

— На ВЭФ озвучивались проекты по созданию рыбных бирж и рыбных кластеров. Причем в разных регионах. Одно время ВМРП критиковал подобные заявления и даже выступил с инициативой создания кластера на своей территории. Как вы относитесь к новой волне кластеризации, изменится ли в связи с этим схема рыбной логистики?

— Проекты кластеров критиковал не порт, а эксперты в отрасли, предприниматели и потенциальные инвесторы. Мы тщательно рассматривали идею создания рыбного кластера в Приморском крае. Главный вопрос — целесообразность и окупаемость подобного проекта для самого государства, для компаний-участников. Их нет, к сожалению, и есть экспертное заключение на эту тему.

Зачем строить в чистом поле инфраструктуру, если есть существующая? Это же удорожание той же рыбопродукции. Поэтому предлагали сделать ядром кластера ВМРП. И у нас в порту, и в отрасли в целом уже сейчас происходит то, что хотели сделать разработчики рыбного кластера, — модернизируется инфраструктура, снижаются издержки. Все по своим местам расставили экономика, рынок и конкуренция, а не чиновники за счет миллиардных бюджетных вливаний. И очередные разговоры о кластерах необходимо анализировать, смотреть на их содержание, в чем там смысл — иначе это не более чем прожекты.

Как и рыбные биржи. Если бы рыбакам и трейдерам была нужна рыбная биржа — они бы ее создали давно сами. Вся торговля рыбой давно налажена, в том числе она происходит на наших глазах в порту. У нас рыба может перепродаваться по нескольку раз (и в пути, и пока лежит на холодильнике), разбивается на партии, формируются отгрузки, создаются логистические цепочки. Причем мы не берем никаких комиссий, да никто их платить и не будет!

Биржа в рыбной отрасли, на мой взгляд, — это очень ограниченный инструмент для некоторых конкретных решений. Крупных рыбаков и трейдеров можно пересчитать на пальцах двух рук, и все они друг друга знают не одно десятилетие. Сделки заключаются иногда просто по телефону, а если кто-то кого-то обманул — он вне игры. Далее, рассказы про аукционы в Пусане, на которых продаются существенные объемы российской рыбы, — не совсем корректны. Аукционы проводятся несколько раз в году и касаются они конкретных позиций, той же икры. Никто в Пусане не торгует минтаем или горбушей на аукционах!

Вообще, мы не против кластеров и бирж. Хотите — делайте! Мы против того, чтобы их делали за бюджетные средства, еще и инфраструктуру какую-то под них создавали на нерыночных условиях. Это искажает экономические реалии и демотивирует настоящих инвесторов. Это самое последнее, что нам нужно в стране сегодня.

Источник: konkurent.ru

Распечатать  /  отправить по e-mail  /  добавить в избранное

Ваш комментарий

Войдите на сайт, чтобы писать комментарии.

Подробнее на IDK-Эксперт:
http://exp.idk.ru/news/world/za-pyat-mesyacev-iran-zakupil-bolee-1-mln-tonn-risa/430444/
Важные
Квота на экспорт зерна может составить 14 млн тонн
Квота на экспорт зерна из России, которая начнет действовать с 15 февраля 2022 года, может составить 14 млн тонн, в том числе 9 млн тонн пшеницы
Рекордный рост цен на продукты требует технореволюции в их производстве
Мировые цены на продовольствие продолжают расти под влиянием активного спроса, следует из данных ФАО ООН