Почему на Урале аграрии редко используют агрохимию
27 April 2023, 13:48

Эксперты проанализировали рынок средств защиты растений (СЗР) и сделали неожиданный вывод. Оказывается, чем ближе к Уралу, тем чаще угодья обрабатываются лишь раз в сезон вместо положенных двух-трех. Более того, на Урале и далее на восток есть и вовсе нетронутые агрохимией участки. В чем причина — в дефиците СЗР, вызванном западными санкциями, неплатежеспособности крестьян или, может, их приверженности принципам органического земледелия?

Подъем на спуске

Замдиректора Российского союза производителей химических средств защиты растений Виктор Григорьев утверждает: проблема не в отсутствии препаратов. Химическая отрасль, обслуживающая АПК, быстро прогрессирует. Отечественный рынок уже входит в пятерку крупнейших в мире, его объем превысил три миллиарда долларов и продолжает быстро расти — ежегодно на 8-15 процентов, тогда как среднемировые темпы скромнее — три-четыре процента.

Внешние обстоятельства начали испытывать агрохимическую отрасль на прочность еще до начала СВО, и это закалило ее, увеличив внутреннее производство с 2010 года в шесть раз. Российские предприятия нарастили мощности со 150 до 380 тысяч тонн СЗР. Например, компания «Август» построила в Татарстане один из самых технологичных заводов мощностью 50 тысяч тонн, в Липецкой области открыла предприятие такого же масштаба группа «Шанс». «Союзагрохим» запустил завод на 20 тысяч тонн в Алабуге. Увеличили активы и компании «Щелково Агрохим», «Агро Эксперт Груп».

В 2022 году в России произведено 220 тысяч тонн СЗР, при этом более трети созданных мощностей пока не задействованы. Этот задел позволяет без опасений смотреть в перспективу: если понадобится, отечественный комплекс агрохимии сможет обеспечить не только российские хозяйства, но даже рынок ЕС.

Толлинг в помощь

Качественные изменения в этой сфере стали происходить почти десятилетие назад, когда иностранцы начали работать по толлинговым договорам (подразумевающим переработку давальческого сырья). Этот сегмент вырос с 5 до 40 тысяч тонн в прошлом году. Одна из ведущих мировых компаний «Сингента» запустила завод в ОЭЗ «Липецк». Международный концерн «Байер» также достраивает в России предприятие агрохимии. Активность процесса напрямую связана с растущими масштабами локализации. Поспособствовали этому мировая конъюнктура, обнуление таможенных пошлин на ряд действующих веществ (ДВ), введение Евразийской экономической комиссией заградительных пошлин на гербициды из стран Евросоюза после антидемпингового расследования.

Важно отметить: доля отечественных компаний в общем объеме продукции сегодня превысила стратегический 50-процентный порог. Динамика постепенно меняется в пользу внутреннего производства: как прогнозируют эксперты, в 2023 году оно прибавит еще от восьми до десяти процентов.

Сегодня не самая большая часть импорта, около восьми тысяч тонн, приходится на Индию, Турцию, Японию, ряд других стран. Но главными поставщиками зарубежных препаратов остаются Европа и Китай. Из ЕС в 2021 году было завезено около 27 тысяч тонн препаратов, из Поднебесной — 26 тысяч.

Как обуздать цены

Как отмечает Виктор Григорьев, недавно КНР пережила энергетический кризис, который усугубил логистические провалы (столь сильный удар по логистике нанесли коронавирусные ограничения). Химические компании Китая, ранее работавшие полную неделю, перешли на сокращенный режим, ради экономии энергоресурсов отключая даже электроприборы в офисах. В результате стали расти и цены на агрохимию: глифосат, который используется в качестве действующего вещества в целой линейке препаратов, в августе 2021-го закупали по 2,9-3 доллара за килограмм, а в декабре он стоил уже 12. Эти ценовые толчки, как круги по воде, распространились на отечественный рынок, где также наблюдался рост, хотя и не кратный. Более щадящая его амплитуда объяснялась тем, что российские производители, понимая ситуацию, не стремились заламывать цены, шли даже на снижение рентабельности и прибыли, чтобы их продукция не пробила брешь в бюджетах хозяйств.

В 2021 году из-за границы было завезено около 72 тысяч тонн ДВ, в 2022-м — 80 тысяч тонн на сумму 1,2 миллиарда долларов. Поэтому стало актуально развитие собственного ресурсного потенциала. Такую задачу поставило руководство страны, а выполнение ее контролируется соответствующими ведомствами.

— Компания «Щелково Агрохим» подписала соглашение о возведении в Подмосковье завода по выпуску действующих веществ. «Август» также в процессе строительства одного из современных научно-исследовательских центров в Черноголовке. Эта же компания запустила в Китае совместное предприятие, выпускающее широкий спектр препаратов, к которым добавятся бентазон, азоксистробин и другие, — перечисляет Григорьев.

Российский бизнес имеет патенты на производство ряда других веществ, сейчас он в поиске подходящих площадок. К этому процессу подключаются большая химия, нефтехимия, а эксперты прогнозируют: вектор на активное замещение зарубежной продукции продолжится, чтобы в соответствии с доктриной продовольственной безопасности к 2030 году отечественные препараты в общем объеме потребления занимали 70-75 процентов.

Выходит, недостаточное применение средств химической защиты насаждений в уральском регионе, скорее, имеет под собой иную почву, нежели дефицит препаратов.

— Никто, конечно, с голоду не умрет, но все равно приходится констатировать: это наша боль, — резюмирует член экспертного совета ФАС России по АПК Николай Лычев. — Проблему с использованием качественных средств нам рано или поздно придется решать. Лучше, если рано.

Экономика и экология

— Надо еще разобраться, хорошо это или плохо, когда химпрепататы стараются использовать дозированно, — считает, в свою очередь, глава крестьянско-фермерского хозяйства «Березка» из Чесменского района Челябинской области Денис Шумских.

Бал, как всегда, правит экономика, которая не позволяет в уральских широтах поступать подобно растениеводам на юге или в средней полосе России.

— В сельском хозяйстве действует закон минимального фактора, — объясняет причины фермер. — Он и держит урожайность, а в нашем случае это влага. И что бы мы ни применяли, какими бы модными средствами ни хотели поддержать посевы, она не позволяет переходить за определенную финансовую грань. Если уральские аграрии, как может сегодня показаться, мало используют химпрепараты, это не от их безграмотности или консерватизма, а от стремления не выйти за границы себестоимости, балансируя на тонкой грани экономической целесообразности, чтобы не допустить отрицательной рентабельности.

Когда зерно падает в цене вдвое, а затраты на его получение, напротив, ощутимо растут, фермеры задумываются даже о применении удобрений, и выводит их на это простая арифметика. Погектарная норма фосфорных удобрений, к примеру, обходится в пять тысяч рублей, а теоретическая отдача от их применения — около четырех центнеров. При стоимости тонны зерна порядка десяти тысяч рублей за эту прибавку можно выручить 4000 рублей, то есть вложения не окупаются. По-другому было бы в Краснодарском крае или Ростове с их осадками и климатом, где урожайность в разы выше.

Тем не менее, констатирует он, фермеры чувствуют ответственность за землю, на которой работают, перед будущими поколениями. Закон химика Либиха, сформулированный им еще в XIX веке, гласит, что вещества, отчужденные из почвы с урожаем, должны компенсироваться с превышением, и это заставляет полеводов порой даже в убыток себе применять агрохимию, чтобы сохранять баланс минеральных веществ в почве.

Но затраты — не единственный аргумент. Каракул Жанабаев, фермер из Троицкого района, говорит, что сознательно сокращает использование химсредств в полеводстве: в прошлом году не стал протравливать половину своих семян, потому что добавляет в почву безвредные биопрепараты, постепенно сводя к нулю использование «токсичных» СЗР.

— Да, ищем экологичные составы. Вношу, к примеру, аммофос. Это сложный препарат, но нужный земле, — поясняет фермер. И он не одинок в стремлении не навредить почве излишним применением химии.

Еще много, много раз

На экономическую обоснованность использования СЗР на Южном Урале указывает и руководитель Челябинского филиала Россельхозцентра Ксения Ванина, подчеркивающая, что затраты на обработку должны быть меньше потенциального ущерба от распространения вредителей, болезней и сорных растений. Сигналом к началу защитных действий служит достижение вредными организмами значения экономического порога вредоносности, что выявляется при фитосанитарном мониторинге посевов.

— В Челябинской области многократное применение пестицидов не всегда оправданно. Для региона характерны летние засухи, когда развитие болезней тормозится по причине недостатка влаги, поэтому одной профилактической обработки фунгицидом часто хватает для защиты культуры. В годы же с достаточным увлажнением возрастает интенсивность развития и распространения болезней, и тогда ситуация меняется, — объясняет специалист.

Значительные объемы инсектицидных обработок, по словам Ваниной, ежегодно проводятся против хлебной блошки и пшеничного трипса. Бывают сезоны, когда их кратность достигает семи, но это скорее исключение, обусловленное вспышками распространения капустной моли или лугового мотылька, которые наблюдались в последние два года. Только агротехническими мероприятиями, без применения гербицидов, затруднительна также борьба с сорняками, поэтому более половины посевов в области ежегодно обрабатываются химпрепаратами.

Тем не менее челябинские аграрии считают «зеленый» подход к использованию агрохимии конкурентным преимуществом своей продукции.

rg.ru

Прогноз биржевых цен на 27 апреля 2023

Теги     агрохимия      дефицит      Урал      санкции      СЗР   
Распечатать  /  отправить по e-mail  /  добавить в избранное

Ваш комментарий

Войдите на сайт, чтобы писать комментарии.
Важные
Евросоюз утвердил запретительные пошлины на российское зерно (Видео)
С 1 июля Совет ЕС вводит запретительные тарифы на импорт зерна из России и Белоруссии — до 95 евро за тонну, это 50% цены на пшеницу на рынках ЕС.
Незастрахованным фермерам, пострадавшим из-за заморозков, окажут поддержку
Талабаева: государство будет помогать фермерам, чьи посевы не были застрахованы