Чем грозит украинской здравнице реализация строительства порта?
04 February 2014, 14:41

Уже в следующем году после окончательных согласований на берегу Черного моря возле поселка Фрунзе планируется начать строительство крупнейшего в Крыму порта. Меморандум о реализации этого масштабного проекта был подписан во время визита Китай Президентом Виктором Януковичем. О том, чем грозит украинской здравнице реализация этого проекта, рассказал заместитель директора Украинского филиала Института стран СНГ Олег Родивилов. — В СМИ появился ряд материалов о том, что, якобы, Украина продает Крым Китаю. Так ли это?

 

Как вы думаете, откуда кто-то об этом вообще что-то знает? Циркулируют слухи в СМИ. Этот вопрос не то чтобы скандально-спекулятивный, просто он в таком виде не формулировался еще на Украине и в Крыму, в частности. Поэтому он, за счет своей свежести и новизны, воспринимается как сенсация. Разговор, например, об агропроекте Китая в Крыму идет вместе с разговорами о продаже территории — не продаже даже, говорят, а концессии — на материковой Украине. Причем, площади, занимаемые этим проектом на материковой части Украины, якобы, в двадцать раз больше по площади, чем крымские. Просто Крым в силу своих геополитических особенностей, этнических, исторических, наверное, более привлекателен для СМИ, чем та же Херсонская область, Черкасская, Полтавская. Опять же – известный в мире курорт.

 

Во-вторых, Китай не просто пытается сейчас зондировать почву «в порту», а ведет переговоры сразу о нескольких серьезных проектах. Хотя все эти события в Киеве и Украине в целом, я думаю, приостановят эти разговоры, потому что тех во власти, с кем разговаривают, уже может и не быть к этому времени, а новые еще далече. Так вот, там идет речь именно о нескольких проектах. Первый – агропроект, о котором мы позднее поговорим, второй – проект порта (прежде всего – зернового), через который китайцы хотят везти к себе весь урожай с Украины (а не только из Крыма). А третий проект – внедрение технопарков.

 

Украине, наверное, с технопарков нужно было начинать, посмотреть, как они будут работать, потому что инвесторы — это не меценаты, и разговоры наподобие: «Вот мы вам дадим денег сейчас, и вы хорошо заживете» — мы уже слышали. Они, китайцы, — здесь не первые. Китай в этом смысле — не исключение — есть масса случаев, когда китайские инвесторы выходили сухими из воды, подписав кучу разных документов, даже имели по этому поводу судебные споры.

 

— Давайте все же начнем с агропроекта, поскольку говорят, в основном, о нем.

 

— Агропроект Китая широкой общественности подается также фрагментарно. Несмотря на то, что я являюсь одним из экспертов в Крыму по этому вопросу, могу указать только эти фрагменты, может, чуть шире. Планируется создание на базе площадей Северо-Крымского оросительного канала совместного агропредприятия с новыми технологиями капельного орошения при выращивании злаков. Сам Северо-Крымский оросительный канал отметил недавно 60-летие. Строился в 1961-71 г.г. Первейшей его задачей была подача питьевой воды в города Симферополь, Феодосию и Керчь (которым не хватает и сейчас своих гидроресурсов, так как климат ухудшается). А главной задачей было орошение Северного Крыма, отсюда и название канала.

 

В общем, система крымских каналов состоит как бы из двух частей. Первая – транспортировка питьевой воды, вторая – подача оросительной воды. Само же орошение практически прекратилось с момента распада Советского Союза, потому что цены на энергоносители сделали эту воду неконкурентоспособной, и сады, все зерновые поля, все виноградные «клетки», которые сидели на этой воде, уже умерли. Более того, произошло бездумное распаевание земель, как по всей Украине, так и в Крыму, в результате которого ранее единые большие сельхозплощади стали мелкими (да еще и «от балды» поделенными) паями.

 

Сейчас стоит вопрос, каким образом будут скупаться или браться в аренду на длительный срок — разговор идет о 25 годах – эти паи. Пайщики, конечно, руки потирают – стоимость аренды будет, скорее всего, выше, чем нынешняя (если вообще она кому-то нужна, кроме предприимчивых китайцев, эта земля без воды в Северном Крыму, где плохие климатические условия; а зимой, кстати, жесткие морозы). Остальные крымчане, в том числе и я, с озабоченностью смотрим на этот проект.

 

Во-первых, потому, что раньше на этих землях выращивали фрукты и виноград, многолетние овощи, а сейчас собираются выращивать хлеб. Вроде тоже хорошо, но — не одно и то же. Это так называемые в сельском хозяйстве «быстрые деньги». Чтобы посадить сад или виноградник, требуется больше времени, больше работы с землей. Второе – на этих площадях иногда, в хорошие годы, выращивают до миллиона тонн зерна в год. А китайцы хотят, по крайней мере, планируют (заявляют в проекте) — 8 миллионов ежегодно!

 

— Насколько это реально – получить 8 миллионов тонн с Крыма?

 

— С зерновых полей всего Крыма сегодня два миллиона тонн хлеба собирают. Планируемую китайцами урожайность достигали в считанных хозяйствах полуострова и не на каждом массиве, а в среднем по отрасли она в полтора раза ниже. С тех же 160 тысяч гектаров, о которых идет речь в «китайском проекте», планируют, по всей видимости, урожайность в пределах 50 центнеров с гектара – вот вам и 8 миллионов! Это помимо соседствующих с площадями кустов, лесополос и брошенных садов, которые не войдут в проект. Капельное орошение применить это хорошо, но, как мне представляется, здесь не обойдется без соответствующей «химии».

 

Вот с этого и начнем. У самого Китая очень плохая экология внутри национальных границ, и я думаю, если они свою экологию не берегут, то нашу беречь тем более не собираются, будут насыпать «химии» столько, сколько надо для производства «грязного» хлеба.

 

Второе – система массового капельного орошения у нас здесь не изучена. В свое время у нас были очень большие проблемы, когда по недосмотру или при слабой научной базе у нас засаливались почвы целыми «картами» (а не где-то на локальных участках возле Сиваша). Заливали водой сад, например, а соль поднималась, и нужно было промывать землю после того, как ее испортили, и не всегда смывать «минерализацию» получалось, слой соли опускался вниз, но недостаточно. Были и другие агропроблемы. Как в любом деле, тут тоже нужен научный подход, а не «шапкозакидательство».

 

Вторая проблема – китайцы, по неофициальной информации, требуют на каждый гектар обрабатываемой ими земли допустить одного своего работника. Китай строит и эксплуатирует все только своими силами. Воспроизводство населения Китая диктует им свои условия, свою «стратегию», гегемонию, если хотите! 160 тыс. гектаров, по гектару на одного работника, это получается примерно 150-200 тыс. работников. Это только рабочие руки, а ведь есть еще члены семей.

 

И второй момент, они могут по законам жанра воспроизводить свое население в течение всей 25-летней концессии (т.е. – периода одного поколения), в том числе, и путем создания совместных браков с гражданами Украины. Таким образом, нам Китай, получается, пока неофициально транслирует (зондирует нашу реакцию), что может прибыть тысяч двести китайцев под этот проект, причем, надолго. С учетом горячего межэтнического вопроса в Крыму — это дополнительное «масло в огонь». Третий вопрос – что будет с плодородием земли через 25 лет после китайского проекта. Четвертый — не только экологический, сколько промышленный – будут ли для этого капельного орошения производиться «ингредиенты» и технические изделия у нас или привозиться из-за рубежа? Поговаривают, что якобы Китай сам этим вопросом будет заниматься, будет опять привозной китайский продукт. Все привезут, вы только ставьте и эксплуатируйте. Есть, правда, пожелания нашего крымского правительства о загрузке для выпуска полимерных изделий симферопольского профильного завода «Сизакор».

 

— Теперь порт…

 

— Порт – это неблагополучный с точки зрения экологии глубоководный канал, который хотят прорыть к месту портовых сооружений. Проблема первая – экология при транспортировке. Порт — это не просто поставить контейнер или высыпать уголь на корабль (или в него пшеницу загрузить «китайско-украинскую» в мешках или вагонами), — груз еще нужно перевезти к этому порту! Предполагаемые в «китайском» проекте 140 миллионов тонн перевалки туда-обратно по Крыму – это тоже нагрузка на экологию. Правда, это развитие дорожной сети (прежде всего – железнодорожной), но, во-первых, дорожная сеть, развиваясь, поглощает нашу территорию, а во-вторых – электроэнергию. Представьте себе, сколько будет мороки (для Крыма, как курорта, в данном случае) — не только разгрузить/загрузить корабли в порту, но и подвезти/отвезти эти грузы по железной дороге (по 2.5 млн тонн в неделю; по 400 тыс. тонн в день, без выходных; т.е. по 200 «товарняков» туда/сюда в сутки; по 8-9 эшелонов час)! С каждого поезда (по Крыму только плечо в 120 км) хотя бы пуд пыли – вот вам уже есть 3 тонны отходов в день! Вроде бы немного… Но. Грузы, как и предполагается, будут разными, порт — универсальным (и химия, и нефтепродукты в том числе). Проблема вторая – канал. По-моему, она самая прогнозируемая! Если этот канал будет прорыт, будет эксплуатироваться, — на западном побережье Крыма, как на курорте, — можно будет поставить жирный крест.

 

Потому что относительно небольшой канал, который в свое время вырыли для нужд Крымской военно-морской базы Черноморского флота на озере Донузлав (это в 25 километрах к северу-западу от Евпатории, вдоль побережья), за 30-40 лет уже привел, пожалуй, к необратимым негативным последствиям, уничтожил некогда роскошную береговую черту этого серьезного семейного курорта, некогда всесоюзной детской здравницы. Канал на Донузлаве все время чистят, море его снова затягивает, канал снова чистят, а добытый песок продают как стройматериал.

 

В итоге под видом необходимой флоту и обороне прочистки канала, уже вытянули из моря миллионы тонн песка (эксперты посчитали – ок. 20-30 млн. тонн, сами фирмы объем скрывают). Пляжи курорта не успевают восстанавливаться (и не будут восстановлены в ближайшие десятилетия). Вон, в Евпатории на центральной набережной уже ограждения тротуаров для прогулок в море падают, а ведь раньше там, перед волнами, было от 50 до 100 метров натурального песчаного пляжа! Это самая главная проблема. А новый канал, который планируют прорыть китайцы, должен быть вдвое глубже. Значит, и унос песка будет не менее чем в 5 раз быстрее.

 

Новый канал планируется к югу от Евпатории (в 20 км) и еще одного курорта – города Саки. Значит, это «чрево» в течение 10-20 лет – «съест» весь песок до Севастополя включительно. Берега же южнее Сак – это глинистые утесы. Таким образом, их разрушение, а значит, и уничтожение береговой черты на сотни метров вглубь территории полуострова (с береговыми сооружениями, пансионатами и прочим) – это всего лишь вопрос времени! В отличие от 25-летней концессии на землю, порт – это «удовольствие» более длительного пользования. Мы это осознаем.

 

— А так ли нужен ли нам новый порт?

 

— По информации открытой печати специальных ведомств Украины, 70% портовых мощностей Украины сегодня не загружены. Да, есть такие мощности, которые уже и нельзя загрузить, мощности каких-то рыбных портов. У нас разрушена вся структура отрасли океанической рыбной ловли, это какие-то ведомственные порты. Пустуют портовые сооружения военного флота, военно-морских сил. Ну и так далее.

 

Возникает вопрос: а каков тогда смысл в создании нового порта, если старые порты по своей сути недозагружены на две трети? Может быть, проще реконструировать эти старые сооружения? Этот вопрос пока не получил своего ответа, тем более что накануне «китайского проекта», лет 5-6 назад, президент Ющенко с таким же «европейским» мега-проектом порта носился по озеру Донузлав. Озеро это обладает фарватером 12-15 метров (там глубины до 30 м), это очень солидный фарватер для портов Северного Причерноморья, имеет кое-какие портовые сооружения, как я уже упоминал, предназначенные для бывшей Крымской военно-морской базы Черноморского флота. Там стояли когда-то даже ледоколы, а также десантные корабли, в т.ч. корабли на воздушной подушке, корабли охраны водного района, корабли разведки, вспомогательные суда. Были построены поселки с инфраструктурой, даже детсады и школы. Там в поселках Новоозерном и Мирном был авиационный узел, вертолеты базировались, полк авиации морской разведки. Все было, даже свой полк береговой обороны, пограничники. В общем, там какая-то «жизнь» еще есть («пьяный» фестиваль «Казантип», например). Но этот вопрос, о базе «Донузлав» (фактически готовое озеро-порт), с нормальным фарватером, почему-то тогда «не пошел». Очевидно все-таки при разработке проекта поняли, что создавать новый «велосипед», когда рядом, образно выражаясь, от Измаила до Керчи 15 сломанных валяется, тоже не нужно. Почему Донузлав не сгодился китайцам сегодня?! Почему вновь разговоры о строительстве «с нуля» и «под ключ», причем рядом? Ну, тоже непонятно…

 

Но всегда, как в этом проекте, существует субъективный фактор. Новые инвестиции – это новые «откаты», новые «схемы», новые договора «всерьез и надолго». Так «надолго», что тем, кто их заключит – отвечать уже не придется… Или, может, это новые люди, новые группы вокруг этих инвестиций? Грандиозность этих планов, возможно, это доступ новых людей, субъектов в «старушку Европу»? На старых портах – старые кадры, которые не пускают новых, а новым хочется заработать. Внутренняя субъективность здесь такова, что мы о ней даже не подозреваем. Все может быть. Миллиарды, знаете ли, на «кону»…

 

— А чего Крыму ожидать от технопарков?

 

— Эковопросы любых технопарков, особенно вблизи от курортных районов – это отдельная «песня». Их у нас проектировали под Бахчисараем (главный инвестор – Турецкая Республика), в Севастополе (все тот же Китай). Самым же перспективным, с точки зрения развития таких объектов в принципе, я считаю, яаляется технопарк в Восточном Крыму. По его «горизонтали» тянется так называемый сухопутный «Шелковый путь», исторический караванный маршрут из Персии и Индии в Европу. Сейчас там договариваются о строительстве мосто-автоперехода между Кубанью и Крымом. А по «вертикали» — водный путь: Волгодонский канал-Дон-Азов-Понт (Черное море – авт.) — Средиземное море. И вот вам две точки «сборки» — порт Керчь и город-станция Щелкино (в этом городе, кроме Азовского моря и бывшего союзного центра виндсерфинга, есть еще «бывшая Крымская атомная», в которую закопали астрономическую сумму (и в рублях, и в долларах). Все что могли сверху спилить, срезать, уничтожить – продали, а подземные коммуникации, дороги (и техусловия, что немаловажно) – остались. Кроме того, на Керченском полуострове было немало «закрытых ящиков». С аэродрома одного из них, в поселке Багерово, например, летали советские стратегические бомбардировщики, которые возили (из Крыма и аж на Новую землю) — на бомбометания «ядерные изделия». Да и местных жителей на этом клочке земли немного. Технопарк «Щелкино» тоже китайцы облюбовали, хотят там зарегистрировать на несколько лет предметно для себя СП, чтобы создать на базе недостроенной атомной станции современную теплостанцию на… российском газе. Потребитель тоже либо украинский, либо российский – кто заплатит больше денег. Некая двусмысленность этого проекта состоит в том, что газ-то — российский, собственность Крымского края (украинская), потребитель энергии – либо внутриукраинский, либо европейский, либо российский, а инвестор – китайский?! В этом «кубике Рубика» тоже существует какая-то субъективность, которой мы пока не понимаем. Возможно, китайцы просто хотят перебить деньгами этот проект, чтобы потом предлагать продукт на экспорт – энергию. А в ней нуждаются все!..

 

— Что же случится с крымскими курортами, если будет реализован этот «многостаночный» китайский проект (агро, порт, технопарки), и какие курорты пострадают больше всего?

 

— В качестве лирически-исторического отступления: после Великого путешествия Императрицы Екатерины Второй в Новороссию и Крым в 1787-м году, Екатерина даровала землю под Партенитом сопровождавшему ее кортеж принцу Карлу Иосифу де Линю, который, как все предприимчивые иностранцы-«немцы», решил завести там собственное табачное производство. Для этого он начал наводить справки в Лондоне с целью выписки оттуда дешевой рабсилы: «арестованных праздно шатающихся негров и местных каторжников». Племянник всесильного Воронцова, будучи российским послом в Лондоне, «стуканул» дяде об этом, и тот, озабоченный перспективой появления уголовников на Южном берегу Крыма (пусть даже в кандалах, при деле и под присмотром) – уже вскоре, за счет казны, естественно, — выкупил имение де Линя обратно в госказну! Мораль: еще 225 лет назад сильные мира сего понимали, что Таврида — это место по-настоящему царского, имперского отдыха, а не «производственная площадка», и уж тем более — не «ссылка» и не место для «разборок». А именно последнее и грозит Крыму сейчас.

 

— Что вам известно об аренде других украинских территорий китайцами?

 

— Говорят о том, что пилотный проект — это Крым, а вообще проект – это территория материковой Украины (с точки зрения климатических условий, а главное – из-за плодородия земли, потому что оно выше, разумеется, чем в Крыму). Поэтому, если пойдет хорошо, они готовы взять еще один проект и еще китайцев прислать. И в Луганск в том числе. Не бойтесь, говорят, они тихие и вежливые…

 

— Чем это грозит Украине в целом?

 

— Это может и не грозить, и может быть выгодно (а может быть, и невыгодно). Мы же всегда смотрим на людей, которые этим занимаются. И вот я пока не вижу выгоды от этого, потому что люди, которые эти проекты ведут, сидят далеко от нас, в буквальном и в переносном смыслах — в Киеве (или в Пекине), а отдуваться – нашей крымской территории. Да и в Крыму еще надо посмотреть, кто этим будет «гореть». Все относительно. Пока это слова, пока не так страшно. Денег этих пока еще никто не видел, это только разговоры. Но разговоры, которые позволяют нам с вами, и экспертам, и широкой общественности, что называется — «входить в тему».

Теги     Украина     строительство     перспективы     Крым  
Распечатать  /  отправить по e-mail  /  добавить в избранное

Ваш комментарий

Войдите на сайт, чтобы писать комментарии.

Подробнее на IDK-Эксперт:
http://exp.idk.ru/news/world/za-pyat-mesyacev-iran-zakupil-bolee-1-mln-tonn-risa/430444/
Важные
Зерновой фонд в РФ будет обновлен
Правительство поддержало предложение Минсельхоза о переформатировании зернового интервенционного фонда и создании на его базе запаса продовольственной пшеницы и ржи для обеспечения мукомолов.
Украина: экспортные цены на рапс нового урожая — 595-605 USD/тонна
Экспортные цены на семена рапса нового урожая в отчетный период (10–17 июня) упали примерно на $60 за тонну и к концу отчетной недели находились в пределах 595–605 долл. США/т, FOB с поставкой в июле/августе.