Выдающийся российский селекционер о достижениях в селекции зерновых
02 November 2020, 13:44

Баграт Исменович Сандухадзе
Выдающийся российский селекционер, академик

Селекционер, пожалуй, самая «устойчивая» профессия на Земле. Меняются цари, президенты, губернаторы, генеральные и обычные секретари и иные начальники, а селекционер при любой власти нужен ей непременно, как тот самый хлеб, которого всегда не хватает. Впрочем, только до той самой минуты, пока не появляется Великий Селекционер, способный накормить не только свой народ, но и зарубежный.

Сейчас у нас есть такой Селекционер! Это академик Баграт Исменович Сандухадзе.

Он стал первым среди ученых-селекционеров, удостоенных Демидовской премии, которая, как известно, присуждается коллегами по Академии наук за достижения, равным которым нет не только у нас, но и в мире.

В представлении на премию говорилось:

«Академик Б. И. Сандухадзе — выдающийся российский селекционер, создавший совместно с коллегами 15 сортов озимой пшеницы, президент Союза селекционеров России, автор более 180 научных работ, в том числе трех монографий. Труды лауреата, 30 из которых опубликованы в последние пять лет, широко известны как отечественной, так и зарубежной научной и агрономической общественности. На 14 сортов получены авторские свидетельства и патенты…

В озимом зерновом клине Центрального региона России выведенные в Немчиновке сорта с высокими генетически закрепленными хлебопекарными показателями качества зерна занимают основную долю. Благодаря этому Центральный регион Нечерноземной зоны стал одним из лидеров производства продовольственной пшеницы».

Наша беседа началась с очень «простого» вопроса:

— Можно ли сказать, что сегодня в селекции «невозможное возможно»? И именно вы это сделали?

Баграт Исменович улыбнулся:

— Не преувеличивайте, — заметил он. — Но отрицать не буду, что определенные вершины в производстве зерна удалось покорить.

— Что вы имеете в виду?

— Получать высокие урожаи озимой пшеницы там, где раньше это было невозможно. Разве это не достижение?

— Безусловно! Вчера прочел информацию о том, сколько стоит пшеница на мировом рынке. Цифры впечатляют, они постоянно год от года повышаются.

Только факты: «Мировые цены на российскую пшеницу растут как на дрожжах. Вот она наша спасительница, которая поможет пережит низкие цены на нефть. Итак, с начала нынешнего аграрного сезона, который стартовал первого июля, российская пшеница с уровнем протеина 12,5% подорожала на 8%. Сейчас ее экспортная стоимость превышает $220 за тонну. На этом фоне наши коммерсанты стараются не только дорого продать, а ещё и забрать часть рынка у конкурентов, у той же Украины, и пока всё у нас получается…»

— Итак, селекция новых сортов. Говорят, что вы нашли новый метод их получения — поистине волшебный?

— Новый метод прерывающихся беккроссов, который был использован нами для создания новых сортов.

— Нами?

— Да. Мной и сотрудниками лаборатории, которой я руковожу.

— И сколько же потребовалось времени, чтобы он появился?

— Сорок лет. Срок, обычный в селекционной работе. Создание сорта — это долгая и кропотливая работа, требующая не только терпения, внимания, глубоких знаний генетики, но и вдохновения. Это единение науки и искусства. Обычно их противопоставляют, а мы, селекционеры, их воссоединяем. В общем, наука продолжается искусством, или наоборот — все зависит от селекционера.

— Это нуждается в доказательствах!

— Пожалуйста. С чего начнем?

— С науки.

— Итак, беккроссы. Самое простое объяснение таково. Получается потомство от гибрида и одного из его «родителей» — прямой перевод с английского «назад» и «скрещивание». Происходит «насыщение» генотипа. Короче говоря, сразу лучшие качества растения у «родителей» отнять нельзя, но если пытаться это делать несколько раз, то можно добиться успеха.

Впрочем, нельзя обольщаться — чаще всего вас ждет неудача, и требуется упорство, чтобы получить желаемое. Сначала велись длительные теоретические исследования этих процессов, а уже потом мы начали создавать перспективные линии пшеницы с новым набором комбинаций генов…

— И чего вы добивались?

— Лучший на то время сорт Мирновская-808 был слишком «высок», недостаточно хорошо переносил суровые зимы. Да и хотелось, чтобы урожайность его была повыше, для чего надо было добиться «уплотнения» посева. Чем гуще стоят стебли, тем лучше.

Выдающийся наш селекционер Ремесло получал хорошие урожаи, и, казалось бы, превзойти его достижения невозможно. Однако нам удалось «понизить» пшеницу, повысить ее зимостойкость и поднять урожайность на 10 с лишним центнеров. Это был первый успех. Появились сорта «Инна», «Памяти Федина», «Московская-39, -70», «Немчиновская-52». На международных сортоиспытаниях сорта признавались лучшими по качеству зерна. Удалось не только поднять урожайность, но и резко улучшить качество зерна.

— Юг страны вы «передвинули» на Север?

— У нас урожаи теперь ничуть не ниже… Сто лет назад озимой пшеницы в Нечерноземье практически не было. А та, что высевалась, давала не более 8 центнеров с гектара. Сейчас же засевается миллионы гектаров и урожайность порядка 100-120 центнеров.

— Но вам же удается получать и по 140!?

— Да, но это только на экспериментальных участках…

— Я видел, как президент Академии наук Александр Сергеев на вашем поле начал убирать урожай — он впервые в жизни управлял комбайном, но тем не менее сработал неплохо.

— Да, Александр Михайлович приезжал в «Немчиновку», побывал на наших полях. Он удивился, насколько грамотно, по-научному, ведутся у нас работы. Остался доволен — это ведь достижения ученых нашей Академии! Ну а на память о поездке получил мешочек с нынешним урожаем. Зерно отборное, красивое…

— Вот теперь пора перейти ко второй части нашей беседы — к искусству. Неужели селекционер сродни художнику?

— Я уверен в этом! Он — творец, потому что создает то, чего раньше не было. А разве писатели, музыканты, художники не это же делают!? По сути селекция — это рождение и выращивание ребенка. Нам хорошо известны особенности характера «отца» и «мамы», но какие у них будут «дети» предугадать невозможно. У меня был брат. Мы с ним близнецы. Он увлекался точными науками — математикой, физикой. А я предпочитал литературу, поэзию, биологию. Повторяю: мы были близнецами… Подобное происходит и в растительном мире. Мы выращиваем эмбрион, потом рождается растение, и мы выращиваем его сначала до «годовалого ребенка», а потом и до «зрелости» — лет до двадцати. И когда этот «ребенок» становится самостоятельным, мы и говорим, что родился новый сорт… Каждую осень, перед снегопадом, я обязательно приезжаю на свои поля и говорю своим посевам: «до свидания, ребята, я надеюсь на вас, встретимся в апреле…»

— «Ребята» отвечают?

— Уже весной, когда я вижу, как они поднимаются после зимы…

— Кто ваш главный Учитель?

— «Немчиновка». В этом великом научном центре России работали прекрасные ученые. Именно они заложили основы селекции, плодами которой мы пользуемся сегодня. В конце жизни — а ведь это всего лишь мгновение! — человек спрашивает самого себя: «А что тебе удалось сделать?» Мне повезло.

Я горжусь тем, что вокруг Москвы, очень густо населенном регионе, поля, на которых выращивается пшеница — продовольственная, не фуражная — наивысшего качества. Причем условия для ее выращивания не очень хорошие: температура невысокая, дожди, погода капризная. А мы получаем экологически чистейший продукт! Но юге страны три-четыре раза обрабатываются поля пестицидами, чтобы не дать растениям заболеть. Здесь же мы этого не делаем. Понятно, что всем этим я не могу не гордиться.

— Сколько у вас сортов?

— 15-16 сортов уже районировано. В прошлом году передали на госиспытания два сорта, в будущем году еще три. Это прекрасные сорта: короткостебельные, неполегающие, а урожайность — до 148 центнеров с гектара! Эти направления надо развивать.

Я считаю, что для престижа России нее только нужны атомные бомбы, но и высочайшие урожаи пшеницы. И тогда все, кто сегодня против нас вводит санкции в очереди к нам будут стоять, умоляя, чтобы мы дали им зерно.

— Вы не преувеличиваете?

— Отнюдь! Фермеры Канады, к примеру, сейчас разоряются, потому что у них очень большая себестоимость пшеницы, а качество зерна плохое.

У нас раньше три-четыре государства покупали пшеницу, а сейчас уже почти тридцать! И по цене она ниже, а по качеству намного лучше. Сейчас мы получаем уверенно сто миллионов тонн, а ведь можно эту цифру удвоить. Для этого у нас все есть — через 10 лет можно получать двести миллионов тонн отборной пшеницы.

— И что нужно для этого сделать?

— У нас сейчас средний урожай 25 центнеров с гектара. Значит, надо поднять урожайность вдвое, что вполне реально. У нас огромная территория. Где-то неурожай, но это легко компенсировать в других районах.

Так что перспективы у нас прекрасные, а если предоставить ученым хорошие условия, то и технологии новейшие появятся. Весь опыт развития сельского хозяйства в нашей стране подтверждает это.

Разве нужно что ли добавлять к этим словам!?

Читайте прогноз биржевых цен с 2 по 6 ноября 2020.

Источник: pravda.ru

Теги     Россия     зерновые     озимая пшеница     селекция  
Распечатать  /  отправить по e-mail  /  добавить в избранное

Ваш комментарий

Войдите на сайт, чтобы писать комментарии.

Подробнее на IDK-Эксперт:
http://exp.idk.ru/news/world/za-pyat-mesyacev-iran-zakupil-bolee-1-mln-tonn-risa/430444/
Важные
Редкая для Бразилии поставка американской сои пришла в порт Паранагуа
Бразилия, являющаяся нетто-экспортером сои, продала Китаю столько соевых бобов, что для внутренней переработки осталось слишком мало
Китай хочет повысить продовольственную безопасность с помощью нового закона
Стремясь улучшить свою продовольственную безопасность, Китай 3 декабря опубликовал новый законопроект об управлении запасами зерна