Иван Стариков: Необходимо срочно запускать систему электронных продовольственных сертификатов. Видео
10 October 2017, 10:43

Стариков Иван Валентинович
Профессор Института экономики РАН

Кстати, чемпионат по перетаскиванию жен – это чисто сельский вид спорта в Европе.

У нас в стране уже вторую неделю идут празднования Дня работника сельского хозяйства, и, естественно, есть что праздновать: урожай действительно гигантский, такого еще за советскую историю не было по зерну. По остальным культурам как-то так поспокойнее. Но у всех возникает какой-то вопрос: если большой урожай, значит, должны быть большие деньги, а крестьяне их не ощущают. Одновременно мы с вами, потребители – вы и я – ходим в магазин и снижения цен также не видим. Где-то эти цены неправильно образовываются, так я вам скажу. Почему?

– Мы сейчас будем выяснять с нашим гостем – с вами «Аграрная политика» и я, Игорь Абакумов, а гость у нас Иван Валентинович Стариков, профессор Института экономики Российской академии наук. Здравствуйте, Иван Валентинович.

– Здравствуйте.

– Иван Валентинович, вот где оседает так называемая маржа, как вы считаете? Если у крестьян денег нет, они рыдают, у потребителей тоже денег больше не становится, и они тоже как-то не ощущают падения цен. Где это все остается, как вы считаете?

– Это все остается, как ни странно, в том самом звене, которое определяет сегодня аграрную логистику, перевалку и доставку того, что произведено.

– То есть транспорт и хранение?

– Транспорт, хранение, перевалка…

– Я позволю себе с языка Российской академии наук переводить на более народный.

– Да – транспорт, хранение, перевалка.

– Вам просто народные понятия, так сказать, тоже не чужды, поскольку вы бывший директор совхоза.

– Было такое дело у меня.

– В Новосибирске, а потом еще и замминистром экономики были.

– Да…

– Так что вы во всех категориях сильны, поэтому давайте ближе к народу все-таки.

– И председателем комитета, да.

Что на самом деле произошло? Ну мы как помним, буквально год назад Министерство сельского хозяйства с гордостью рапортовало о рекордном урожае зерновых; по остальным действительно, как вы сказали, все спокойнее. В этом году урожай больше рекордного прошлогоднего, но особых победных реляций мы не слышим. Причина в том, что, к сожалению, большинство сельхозпроизводителей после двух таких гигантских урожаев столкнулись с беспрецедентным снижением цен в первую очередь на зерновые, и соответственно с этим уже столкнулись трейдеры.

– Трейдеры – это те, кто продают это зерно.

– Трейдеры – это те, кто продают это зерно, продают его, соответственно, за рубеж, и по нашим оценкам порядка 9-10 миллион тонн зерна сегодня избыточного на рынке, которое давит на снижение цены, потому что в рыночной экономике действует непреложное правило: если предложение в данном случае зерна превышает спрос, то начинают падают цены. И при большом урожае мы видим я могу сказать даже разочарование и горечь большинства сельхозпроизводителей, которые вопрошают, правительствуя, и мы с вами буквально были на съезде Зернового союза…

– Да.

– В конце прошлой недели и слышали обращения производителей: «Делайте хоть что-нибудь!», особенно эмоционально из Рязанской области выступал один из…

– Причем обращение было к вице-премьеру правительства Дворковичу, который сидел в том же зале, на трибуне.

– Да, и к вице-премьеру Дворковичу, и к первому заместителю министра сельского хозяйства Хатуов. Но вразумительного ответа сельхозпроизводители даже на таком высоком форуме, как съезд Зернового союза, не получили…

– Нет, слов было много.

– Но мало кто в эти слова…

– Сухого остатка никакого не было.

– Верит, потому что многие говорили: «Куда девать и где это хранить?»

– Нет, они спрашивали так, Иван Валентинович, я вам напомню: «Вы же сказали вырастить больше. Вы нас призывали к этому. Мы осваивали новые площади, вот мы вырастили. И куда это девать?»

– Да. При этом ссылались заслуженные чиновники, отмахивались и ссылались на сложную обстановку, на ситуацию на рынках, на то, что зерно, правда, не самого лучшего качества (так называемая «тройка» – третья мягкая продовольственная пшеница)…

– Ее мало.

– Ее мало, а четвертый и пятый классы не пользуются таким спросом на мировых рынках, поэтому, мол, сами виноваты, что нам поверили.

– Ага.

– Я бы ответил на самом деле так.

Что порадовало? Я походил по выставке «Золотая осень», и меня порадовало, что появились компании – я их несколько увидел – которые, всерьез понимая, что мощностей по хранению зерна явно недостаточно в стране, перенимают опыт западных производителей (так называемые оцинкованные банки). Меня, допустим, порадовала компания «Алибена», которая переехала из Украины и которая быстро наладила производство вот этих быстро возводимых хранилищ. Они, безусловно, нужны: я много езжу по стране и вижу, что наиболее продвинутые, передовые производители зерна, в общем, особо не надеясь на государство, создают свою инфраструктуру хранения, для того чтобы, если еще имеется хоть какой-то финансовый жирок, для того чтобы потом дождаться (все равно к весне цены начнут приподниматься традиционно), и в это время его продать.

– Иван Валентинович, но людям-то деньги нужны сейчас, сейчас нужны – им нужно кредиты закрывать, им нужно лизинг платить, им нужно арендные платежи делать. Деньги нужны сейчас, а цены-то нет на зерно. Вот как внутренний спрос стимулировать внутри страны, если у нас такие узкие бутылочные горлышки для вывоза на экспорт (Новороссийский порт перегружен, Ростов перегружен, Тамань мелководный, но тоже перегружен)?

– Я думаю, что мы и вообще Минсельхоз должны отказаться от такой однобокой политики внешней торговли. Я, конечно, приветствую и горжусь, что мы стали продавать около 40 миллионов тонн зерна на экспорт.

– Ну это предмет гордости для страны.

– Это предмет гордости, это уже сегодня по общему превышает примерно в 2 раза экспорт оружия…

– Да, но если крестьяне на этом не зарабатывают, если агрохолдинги даже не зарабатывают на этом, то о чем мы говорим-то?

– Мы говорим о том, что необходимо, по всей видимости, то, что в экономике называется диверсификацией, а попросту говоря возможность искать другие варианты, где можно было бы достаточно выгодно продать зерно или конвертировать его, соответственно…

– В мясо.

– В мясо, молоко.

– В переработку.

– Переработку более глубокую. В этом смысле я думаю, что нужно срочно идти по двум направлениям. Вот сейчас только закончился сюжет, что мы рекордсмены по продолжительности жизни мужчин, то есть мужчины у нас долго не живут. Разные есть тому причины…

– Они переживают о судьбах Родины и поэтому долго не живут.

– Да. Но одна из причин – это ухудшение рационов питания. Дело в том, что есть важнейший показатель в экономике: сколько средняя семья или среднее домохозяйство тратит на продовольственную корзину. Мы приблизились к уровню в 50% от всех доходов. Это показатель бедности, причем глубокой бедности в стране. Это означает, что человек… Покупку еды отложить нельзя, я один раз про это говорил. Если человек потратил половину своих доходов на то, чтобы прокормить свою семью, заплатил коммунальные платежи, у него денег больше ни на что не остается, и надежды правительства на увеличение, рост экономики в условиях того, что исчерпана сырьевая модель и ждать высоких цен на нефть не приходится несмотря на все приезды королей Саудовской Аравии сюда к нам… Необходимо искать другие возможности. Возможности эти есть, поэтому я считаю, что необходимо срочно внедрять систему электронных продовольственных сертификатов.

– Это очень правильный вопрос. Я этот вопрос задавал вице-министру Дворковичу ровно 5 лет назад. Сначала он сказал, что они над этим работают и в 2017 году это будет внедрено – четко сказал абсолютно. В 2017 это не будет внедрено, это уже понятно, но это не будет внедрено и в 2018 году, как уже говорят. Пока вы будете отвечать, Иван Валентинович, пока вы будете готовиться, мы с вашей родиной из Новосибирска послушаем телефонный звонок – добрый день, вы в прямом эфире.

– Да, здравствуйте, Иван Валентинович. Это я, ваш старый знакомый Бугай Владимир.

– Здравствуйте, здравствуйте.

– Можете рукой помахать, Иван Валентинович.

– Конечно, помахаю, но у нас нет видеосвязи. Иван Валентинович, здравствуй, дорогой мой.

– Слушаем вас.

– Что касается того… Вы же в курсе, да? У нас в магазинах бабушки, дедушки старенькие сидят, Иван Валентинович, с протянутой рукой – ну просто горько смотреть на них. Вот такой категории людей эти талоны необходимы просто – чисто для выживания. Страна уже ниже плинтуса в этой нищете опустилась. И все, что касается… Хотелось бы знать ваше мнение. Вы как-никак… в сельском хозяйстве и директором совхоза были, в этом деле вы, как говорится, воробей стреляный.

– Не новичок.

– Да, не новичок, правильно. И здесь хотелось бы знать именно что? Вы говорили, что качество и количество зерна – не только зерна, а всей сельхозпродукции: во-первых, это вся экономическая составляющая, а от количества и качества зависит цена, зависит товарооборот и так далее, про добавочную стоимость и Карл Маркс с Фридрихом Энгельсом писали, и от этого никуда не деться. Как вы считаете, как улучшить не только количество выпускаемой сельхозпродукции, но и ее качество, ее полную обработку на месте? Во-первых, откроются и рабочие места, и вся составляющая. И, глядишь, народ снова в село потянется. Хотя бы самый основной признак добра – это самодостаточность, а лучше сельского жителя, вы сами знаете, самодостаточных профессий у нас…

– Владимир, мне очень приятно, что вы с Иваном Валентиновичем так хорошо разговариваете, но вы всем расскажите, кто вы по профессии.

– Я? Ой, у меня много профессий. Я и швец, и жнец, и на дуде игрец. Как говорили психологи, профессии нужно менять периодически…

– А, как это сейчас модно говорить, «корневая компетенция» у вас какая?

– Корневая компетенция – я радиотелеграфист первого класса, начальник радиостанции, водитель первого класса аж с 1983 года, и строить приходилось…

– Слушайте, ну вы говорите на одном уровне просто с академиком. Спасибо вам большое.

Иван Валентинович, парируйте.

– Я парирую. Сейчас относительно бабушек. Не я же эти цифры назвал, эти цифры называла Ольга Юрьевна Голодец, вице-премьер правительства Российской Федерации не так давно относительно количества бедных – 22.5 миллиона человек. То есть это те люди, которые живут ниже черты бедности, то есть их душевой доход…

– Иван Валентинович, это каждый 7-й.

– Да, каждый 7-й. При этом, заметьте, остальные, кто не попадает в черту самых бедных, тратят половину своих доходов на то, чтобы прокормить семью. Это приводит к ряду очень серьезных проблем, я скажу только об одной. Дело в том, что сегодня, буквально на прошлой неделе правительство, Центральный банк, Министерство финансов с гордостью говорили нам о том, что инфляция достигла 3.3% – это самый низкий ее уровень за всю новейшую историю России, что сущая правда. Но инфляция – это всегда налог на бедных. Так почему же у нас налог на бедных сократился, а число бедных стремительно выросло? Дело в том, что сжатие платежеспособного спроса… Тоже буквально на прошлой неделе встречался с руководителем одного из крупнейших продовольственных ритейлеров (не буду называть), и он мне говорил: «Слушай, ну как же они не понимают? Они хвалятся низкой инфляцией, а у меня средний чек по торговой сети непрерывно падает уже 4-й год подряд».

– То есть у людей нет денег, для того чтобы делать покупки, верно?

– Да. Поэтому, уважаемый мой земляк, первое, что необходимо сделать – это задача правительства, ответственного правительства и вдумчивого – отделить бедных от богатых и эффективно помочь бедным бюджетными деньгами. Что для этого необходимо сделать? Для этого необходимо уже со следующего года… Я здесь с уважаемым профессором Игорем Борисовичем поспорил бы относительно следующего года – может быть, с начала года программу не запустят, но с 1 июля 2018 года ее нужно срочно запускать. То есть выпустить электронных продовольственных сертификатов порядка 22-25 миллионов из расчета, по моим оценкам, около 90 рублей в день на человека. На эти цели определить порог нуждаемости и вручить эти электронные продовольственные сертификаты тем людям, которые нуждаются. Это будет означать, во-первых, что они смогут реально улучшить качество своего питания, отказаться от подделок, продуктов на основе пальмового масла и прочих, что в конечном итоге сокращает жизнь нашего населения, с одной стороны.

С другой стороны, обязательное условие, что базовые продукты, которые будут формировать наборы этого питания для самых бедных – такая адресная продовольственная помощь – должны быть отечественной сельскохозяйственной продукции. Что мы тогда получим? Мы с вами получим порядка 300 миллиардов рублей денег, которые будут потрачены, с одной стороны, для того чтобы адресно помочь самым бедных и эффективно, с другой стороны, сгенерировать платежеспособный спрос, то есть создать гарантированный со стороны государства для наших сельхозпроизводителей. Это сопоставимо с расходами федерального бюджета. Алексей Леонидович Кудрин отстоял 0.4% в следующий цикл президентский от ВВП на поддержку сельского хозяйства. Здесь было много споров, не буду скрывать, но если вы посмотрите…

– Иван Валентинович, а что, кто-то предлагал еще меньше?

– Предлагали еще меньше в сторону обороны, в сторону безопасности.

– Нет, мы не против безопасности, но когда солдатам будет нечего есть…

– Говорили: «Слушайте, ребята, сельское хозяйство ведь растет уже – давайте подсократим, подсократим, хватит им уже, они уже и так, видите: практически все отрасли показывают падение, а эти…»

– Это, как говорится, если ребенок ест из миски кота, это проблема кота, знаете?

– Да.

– Вот. Поэтому если сельское хозяйство растет, надо дать тому, кто растет, надо дать тому, кто в состоянии развиваться.

– Это с одной стороны. То есть мы адресно помогаем малоимущим, формируем платежеспособный спрос и выполняем международные обязательства России в части поддержки сельского хозяйства из этой так называемой зеленой корзины ВТО. Ряд стран, в том числе и Соединенные Штаты Америки, нелюбимые нами сейчас, очень эффективно используют эту программу. И второе направление – я уж скажу достаточно жестко: мне категорически не нравится дискриминационная политика Министерства сельского хозяйства…

– В России?

– России, да, по отношению к мелким производителям, под которыми я имею в виду личные подворья и фермерские хозяйства. Посмотрите итоги переписи прошлогодней: число фермерских хозяйств сократилось на 40%. Вы никогда не сможете победить сельскую бедность, поэтому если в Краснодарском крае было 3 миллиона свиней 10 лет назад, а сейчас осталось 300 тысяч…

– Ого.

– Что такое 3 миллиона свиней в личных подворьях? – это 3 миллиона тонн зерна, которые были бы востребованы, не оказались бы лишними и не давили бы сейчас. Во-вторых, это серьезная конкуренция с крупными аграрными холдингами, и я не побоюсь этого слова, зачастую качество этой продукции существенно выше. И здесь мы опять упираемся в вопрос восстановления сети заготконтор и заготпунктов, восстановления полноценной потребительской кооперации и проведения дифференцированной аграрной политики, когда мы поддерживаем и крупные аграрные холдинги, и доходы населения в сельской местности. Вот это то, чем необходимо будет заняться Министерству сельского хозяйства, для того чтобы нас не бросало то в жар, то в холод, потому что не дай бог в 2018 году опять будет высокий урожай, мы уйдем с переходящими остатками 9-10 миллионов тонн лишнего зерна, то это приведет к очень быстрому сбросу площадей (допустим, в 2019 году), и потом мы столкнемся с дефицитом зерна, ростом цен уже на животноводческую продукцию, и все вот эти шарахания то вправо, то влево ни к чему хорошему, кроме тихой нелюбви к власти и политической нелояльности населения, не приводят.

– Иван Валентинович, из тех задач, которые вы сейчас поставили, скажите, пожалуйста, какие из них в состоянии выполнить Министерство сельского хозяйства в нынешнем его составе?

– Я, Игорь Борисович… Вопрос немного провокативный, поэтому я не судья Министерству сельского хозяйства. Но я слышал выступления чиновников на «Золотой осени», которая только прошла – красивая выставка, спору нет. Но еще раз хочу сказать только одно: у Министерства сельского хозяйства должен присутствовать не только узкоотраслевой подход (лишь бы сегодня отчитаться, отрапортоваться, а там хоть трава ни расти), а дойти в конечном итоге до каждого сельскохозяйственного производителя, понять его интересы, сбалансировать эти интересы на благо и нашего общества, и потребителей, и всего сельского хозяйства.

– Иван Валентинович, как говорится, ваши бы слова да богу в уши.

У нас в гостях был Иван Валентинович Стариков, профессор Института экономики Российской академии наук. Мы подводили краткие итоги успешного года, который далеко не всем принес много денег. Это была «Аграрная политика», с вами был Игорь Абакумов. Увидимся через неделю (в следующий понедельник меня не будет), но через понедельник увидимся в любую погоду.

Читайте прогноз ценовых колебаний с 9 по 13 октября 2017

Источник: otr-online.ru

Распечатать  /  отправить по e-mail  /  добавить в избранное

Ваш комментарий

Войдите на сайт, чтобы писать комментарии.

Подробнее на IDK-Эксперт:
http://exp.idk.ru/news/world/za-pyat-mesyacev-iran-zakupil-bolee-1-mln-tonn-risa/430444/
Важные
По цене как ячмень, а затраты в разы дешевле. Чем интересен злак сорго (Видео)
В качестве одной из интересных страховых культур на случай пересева озимых учёные рекомендуют сорго. Этот злак удобен для земледельца тем, что позволяет без суеты принять взвешенное решение по итогам перезимовки.
Южная Корея на тендере закупила 66000 тонн фуражной пшеницы
Так, пшеница была закуплена по цене $269,30 за тонну + $1,50/тонна за разгрузку в порту. По условию тендера пшеница должна быть доставлена импортеру до 25 октября 2021 года.