Дмитрий Патрушев: сельское хозяйство — уже не черная дыра и не ссылка
21 декабря 2018, 11:39

Патрушев Дмитрий Николаевич
Глава Минсельхоза РФ

Сельское хозяйство в последние годы стало предметом гордости для российских властей, отрасль уверенно растет, а экспорт сельхозпродукции обогнал поставки вооружений. Дмитрий Патрушев, который занял кресло министра сельского хозяйства РФ семь месяцев назад, не скрывает своих амбиций и уверен, что АПК еще есть что показать и доказать.

Как увеличить экспорт продовольствия в два раза, о сельскохозяйственной дипломатии и почему страдают американские фермеры, министр рассказал РИА Новости в своем первом интервью в должности. Беседовали Дмитрий Киселев и Антон Мещеряков.

— Дмитрий Николаевич, в Советском Союзе, если человека направляли в сельское хозяйство, то это считалось «ссылкой». Вы уже полгода как министр, вам не страшно было идти на эту должность, и что из этого получилось?

— «Ссылкой»? Я, пожалуй, не соглашусь с этим. Времена изменились, ситуация очень здорово поменялась. Сельское хозяйство и в целом агропромышленный комплекс на сегодняшний день является локомотивом российской экономики. Это передовая отрасль: есть что доказывать и есть что показывать. У нас серьезные амбиции. Мы являемся аграрной державой, и то количество земли, которым мы обладаем, — это все говорит о том, что потенциал развития АПК у нас значительный.

Относительно выводов о том, что получилось, — давайте вернемся к этому позже.

— Назовите основные события во вверенной вам отрасли в 2018 году. Потому что одно дело — говорить, что это локомотив и большой потенциал, но чем вы будете это доказывать?

— Об этом говорю не только я, но и статистика — надо понимать, что существующие задачи не могли быть поставлены перед отстающей отраслью. Знаковым событием стал указ президента, который в мае этого года поручил увеличить практически в два раза экспорт продукции АПК. Мы не только почти по всей номенклатуре товаров смогли себя обеспечить, Россия теперь готова прокормить еще ряд стран, поставлять продукцию на экспорт.

У нас увеличилось за последний год производство крупного рогатого скота на 2,5% — мы смогли переломить четырехлетний негативный тренд в этой сфере, растет производство молока, мы который год подряд собираем серьезные урожаи. Если в 2017 году мы собрали порядка 135 миллионов тонн зерна, то в этом году — более 110 миллионов тонн. Кажется, меньше. Но на самом деле, если сравнивать со среднегодовыми значениями за последние пять лет, а они составляют 98 миллионов тонн, то мы их превзошли. Поэтому далеко не отстающая отрасль.

Я думаю, что агропромышленный комплекс, несмотря на то что он стагнировал на протяжении ряда месяцев, в целом по итогам 2018 года выйдет на рост в один процент. По прошлому году экспорт продукции АПК составил 21 миллиард долларов. В этом году мы можем реально приблизиться к цифре 26 миллиардов долларов. Поэтому цифры говорят сами за себя.

— То есть это почти вдвое больше, чем экспорт оружия?

— Оружие — это тот рынок, на котором мы традиционно присутствуем. Исторически сложилось так, что мы являемся крупным поставщиком вооружения, а аграрный рынок только завоевываем. Мы делаем первые и, могу сказать, уверенные шаги. Движемся вперед. И, на мой взгляд, достаточно эффективно.

— Так, что даже страдают американские фермеры…

— Плохо им, у них нет такого руководства, как у нас.

— На 2019 год финансирование госпрограммы АПК запланировано на уровне 300 миллиардов рублей. На ваш взгляд, может ли российское сельское хозяйство развиваться без такой государственной помощи?

— Вы абсолютно правы, по следующему году у нас будет объем поддержки более 300 миллиардов рублей против 259 миллиардов рублей в этом году. Безусловно, в России живут удивительные люди. Они сильные, способны преодолевать любые трудности. Как показывает практика, и с тем объемом поддержки, который есть, они решают поставленные задачи.

При этом надо четко понимать, что во всем мире сельскохозяйственная отрасль пользуется всесторонней государственной поддержкой, в первую очередь финансовой. Ее объем важен, но необходимо и правильно распределить эти бюджетные деньги, просчитать, какие отрасли нуждаются в поддержке, какие могут сами выходить на рентабельность.

Поэтому, естественно, прежде чем распределять финансирование, нужно четко определить рельсы, по которым в дальнейшем поедет агропромышленный комплекс, это и есть основная задача нашего министерства.

— А как определить рельсы, по которым поедет наш сельскохозяйственный поезд?

— Во-первых, это наш экспортный проект, в рамках которого мы должны увеличить объемы продукции, которую мы вывозим на зарубежные рынки.

Другая очень важная тема — это федеральная научно-техническая программа. Сейчас наши сельхозтоваропроизводители страдают от того, что у нас нет своих семян. Подпрограмма по развитию селекции картофеля уже внесена в правительство, мы будем выводить свои семена. В Советском Союзе у нас были свои сорта картофеля, но в современной России этого не было, и мы сейчас возобновляем эту работу. Рассчитываем, что вскоре у нас порядка 50% рынка семенного картофеля будет представлено нашими сортами.
В ближайшее время мы внесем в правительство подпрограмму по сахарной свекле, я надеюсь, она будет в следующем году утверждена. И еще ряд подпрограмм — в целом 14 — по различным направлениям: в части генетики, семенного материала, по которым мы отстаем.

Также занимаемся разработкой программы устойчивого развития сельских территорий. Это поручение президента Российской Федерации, и очень хорошо, что эта задача зафиксирована на таком высоком уровне. Это строительство жилья на селе, школ, больниц, дорог, спортивных сооружений. Нельзя развивать только города. У нас большинство людей живет в сельской местности, никогда о них нельзя забывать. Вместе с экспертным сообществом, вместе с другими ведомствами занимаемся этим.

— На съезде «Единой России», который прошел в начале декабря, прозвучало предложение, и его поддержал Алексей Васильевич Гордеев, сделать эту госпрограмму развития сельских территорий нацпроектом. Вы бы поддержали такое предложение?

— Я бы поддержал. Но решение о придании той или иной госпрограмме статуса нацпроекта принимаю не я, принимает президент страны. Если такое решение президентом будет принято, не только я, а все аграрное сообщество воспримет это очень позитивно.

— Если вернуться к агробизнесу, что необходимо сделать для удвоения экспорта, что и кому мы планируем продавать?

— Это масложировая продукция, это, естественно, зерно. Это мясо и молочная продукция, рыба и рыбопродукты, то есть достаточно большая номенклатура товаров. Но важно понимать, что мы не должны в угоду развития экспорта лишить свое население качественной продукции. Нельзя все, что мы на сегодняшний день производим, вывезти за границу. Соответственно, нам нужно нарастить производственные мощности — это первое, что мы будем делать. При этом надо четко понимать, что без построения логистической цепи мы не сможем нарастить экспорт.

Следующая тема: без продвижения своей продукции тоже не будет у нас позитивного результата. Мы планируем направить в страны, которые будут являться для нас потенциальными рынками сбыта нашей продукции, так называемых сельскохозяйственных атташе, которые будут на пальцах объяснять, чем наша продукция лучше аналогов. То есть у нас будут свои сельскохозяйственные дипломаты. И отдельно хочу сказать, что мы недавно подписали соглашение с университетом МГИМО. У нас появилась там кафедра, которая будет готовить именно таких специалистов. Без этих людей мы задачу не решим.

Важно также решить проблемы с фитосанитарными условиями, при которых наши страны-партнеры будут готовы брать российскую продукцию. Кроме того, у нас есть определенные вопросы в части ветеринарной безопасности, мы с этим тоже работаем.

— Если говорить конкретно о рынках, сейчас один из самых главных и перспективных для нас рынков — это Китай. Долгие годы обсуждается возможность поставок туда мяса: свинины, говядины. Что мешает Китаю начать импортировать наше мясо?

— Надо начать с того, что Китай — это вообще та страна, в которую все экспортно-ориентированные страны хотят поставлять свою продукцию. Мы не исключение. Мы очень долго добивались того, чтобы открыть поставки зерна в Китай — на протяжении семи лет.
И мы эту задачу решили. Так будет и по другой номенклатуре товаров. В скором времени начнутся поставки замороженного мяса птицы и молочной продукции в Китай. Осталось немного — согласовать ветеринарные сертификаты. Мы это сделаем.

Отдельно хочу сказать, что для Китая крайне интересна наша кондитерская продукция. Объем ее экспорта за последние 10 месяцев серьезно увеличился по сравнению с 2017 годом: поставили уже на 85 миллионов долларов. В том числе, через всем известную компанию Alibaba. Наш шоколад практически в любой китайской торговой сети можно встретить в любом регионе. Это тоже я считаю нашим достижением.

В части говядины и свинины — будем работать, это процесс не очень простой. Но, тем не менее, с учетом определенных проблем, которые у них сейчас есть в отношениях с американскими партнерами, есть шанс, что мы быстрее это сделаем и повезем нашу продукцию: свинину и говядину.

— На пути экспорта в Китай российской говядины и свинины стоит африканская чума свиней?

— Африканская чума свиней есть и у нас, и у них. Кстати, они с нами консультировались на тему того, как в принципе с этим заболеванием бороться.

— А мы можем гарантировать, что наше мясо чистое?

— Мы проводим регионализацию. У нас в ряде регионов есть проблемы с АЧС, в ряде регионов их никогда и не было. И именно из этих регионов в конечном итоге мы будем поставлять мясо в Китай.

Китайцы — сложный народ, их надо очень долго убеждать в том, что наша продукция лучше. Они разборчивы, и, конечно же, преследуют свои интересы. Хотят, чтобы мы им сейчас увеличили поставки сои. Но у нас есть свои интересы — продвигать свинину и говядину на китайский рынок.

— Не отказываясь от сои?

— Мы, конечно, пойдем навстречу, и определенный объем сои, который для нас возможен, им поставим.

— Другой рынок, возможно, менее важный, но «горячий» для нас — это Турция. К примеру, в прошлом году Анкара вводила ряд ограничений на поставки нашей продукции. Сохраняются ли сейчас какие-либо ограничения для нас?

— Турция, конечно, наш партнер, но взаимодействие с ними — не самый легкий процесс. Тем не менее, товарооборот сельскохозяйственной продукции с Турцией на сегодняшний день достигает 3 миллиардов долларов. Очень важно, что буквально недавно мы с турками договорились о поставках говядины. Это серьезный прорыв.

— Все-таки в ближайшие годы зерно останется главным российским экспортным сельхозтоваром. По прогнозам, в 2036 году мы будем получать урожай 150 миллионов тонн в год. Насколько реально получить такой урожай?

— Не верите?

— Хочется верить, но очень осторожно.

— Мы тоже с осторожностью, на самом деле, подходим. При этом не стоит забывать, что Россия уже на сегодняшний день — крупнейший экспортер пшеницы в мире, мы во многие страны экспортируем наше зерно.

У нас сейчас ведется работа над стратегией зернового развития. Она уже согласована с экспертным сообществом, с нашими партнерами в других министерствах и ведомствах и в скором времени поступит на рассмотрение в правительство. Там четко будут прописаны те направления, по которым мы будем работать для увеличения урожайности. Мы будем вводить в сельхозоборот новые земли, это позволит — я с уверенностью об этом говорю — обеспечить урожай в 150 миллионов тонн к 2036 году.

— Компании-переработчики рыбы опасаются, что все сырье уходит на экспорт. Повлияет ли увеличение экспорта рыбы и рыбной продукции на потребности внутреннего рынка?

— Рыбная отрасль у нас развивается достаточно динамично. Все знают, что в этом году у нас была рекордная лососевая путина на Дальнем Востоке, такого никогда не было за всю историю.

— Снизили цену на икру даже…

— Да, снизили. Рыбная отрасль также является одним из основных направлений, по которым мы будем осуществлять свои экспортные поставки.

При этом, в первую очередь, конечно, мы должны накормить рыбой собственное население. Никогда не будем принимать решений в ущерб нашим гражданам, здесь никаких сомнений быть не должно. Мы будем поддерживать рыбную отрасль, будем оставлять добавленную стоимость за счет переработки рыбы на своей территории, а экспортировать уже готовую продукцию.

— Некоторые эксперты говорят о негативном влиянии продэмбарго на конкуренцию в стране. Действительно ли это так?

— Надо четко понимать, что российское эмбарго — это ответ на введенные ограничения. Мы подобных вещей первыми никогда не делали, и я думаю, что делать не будем. Но, вместе с тем, если говорить о плюсах и минусах этих действий, то плюсов для наших производителей значительно больше.

А наши западные партнеры в голос кричат, что теряют огромные деньги. Но у нас-то такого нет, наши производители наоборот говорят, что их все устраивает. Тот формат взаимодействия, который есть, позволяет им достаточно успешно развиваться. Поэтому если продлятся санкции в отношении нашей страны, будем работать в этих условиях и развивать наше сельское хозяйство.

Вообще, на мой взгляд, мы уже настолько продвинулись в развитии этой отрасли, что обратного пути нет. Видимо, они «добились» своего: у нас сельское хозяйство из «черной дыры» и «ссылки» превратилось в одну из передовых и конкурентоспособных отраслей. Главное, что продукция очень качественная. Я недавно встречался со своим венгерским партнером, он сказал, что больше никакие йогурты, кроме российских, есть не будет, потому что попробовал и понял, что по вкусовым качествам их продукция и наша абсолютно несравнимы.

— Есть доктрина продовольственной безопасности России. Целевые показатели, которые в ней указаны, уже фактически достигнуты. Не пора ли ее пересмотреть и принять новую?

— Доктрина продовольственной безопасности, о которой вы говорите, была принята в 2010 году. Естественно, время идет, созданы все предпосылки для того, чтобы ее пересмотреть. Эта работа ведется, новая доктрина уже направлена в правительство.
Чем она отличается от старой? На сегодняшний день мы по ряду товаров себя обеспечили полностью. То есть у нас меняются показатели, теперь мы измеряем не собственное производство в том потреблении, которое есть в нашей стране, мы уже говорим о том, что готовы вывозить на экспорт.

Кроме того, мы еще вводим два показателя — экономическую и физическую доступность продовольствия. Если говорить простыми словами, то это то, сколько можно купить продуктов из продуктовой корзины на тот минимальный доход, который есть у нашего населения. Плюс — это доступность торговых сетей, в которых можно купить необходимую продукцию.

— Вы представляете нашу страну в ряде межправительственных комиссий. На ваш взгляд, меняется ли отношение к России как к торговому партнеру за последние годы?

— Как руководитель российской части ряда межправкомиссий, я могу четко совершенно сказать, что идет взаимодействие по всем направлениям экономики. Это энергетика, транспорт, инфраструктура и, конечно же, сельское хозяйство. При этом организовываются совместные предприятия, как на территории зарубежных стран, так и на территории нашей страны. Инвестиции, несмотря на все эмбарго, санкции и заслоны, идут и в нашу страну, и из нашей страны. При этом Россия, судя по моим наблюдениям, является активным игроком на международном рынке. Нет никаких сомнений, что так будет и в дальнейшем.

— Дмитрий Николаевич, Новый год уже, как говорится, на носу, и многие озаботились выбором вина для новогоднего стола. Как сейчас развивается отечественное виноделие в России? Можем ли мы сказать, что в будущем году отечественного вина и шампанского на столах россиян будет больше?

— Виноделие на сегодняшний день является модной отраслью, очень многие пошли в эту сферу агропромышленного комплекса. Самое главное, что наше вино, наше игристое вино становится конкурентоспособным. Его активно покупают зарубежные страны — пока в основном участники СНГ, но тем не менее. Оно участвует в разных конкурсах и занимает очень достойные места.

Если говорить о потреблении российского вина у нас в стране, то буквально за короткое время, по-моему, с начала этого года, продажи вина выросли на 3%, а продажи игристого вина — на 0,5%. Я очень надеюсь, что на Новый год на столах у россиян будет российское шампанское и отечественное вино.

Я поздравляю всех россиян с наступающим Новым годом, желаю счастья, благополучия и надеюсь на то, что наша отрасль так и останется локомотивом экономики, несмотря ни на какие санкции и сложности. Погодные условия не всегда мы можем заказать. Но, тем не менее, развиваемся и движемся вперед.

Источник: ria.ru

Распечатать  /  отправить по e-mail  /  добавить в избранное

Ваш комментарий

Войдите на сайт, чтобы писать комментарии.

Подробнее на IDK-Эксперт:
http://exp.idk.ru/news/world/za-pyat-mesyacev-iran-zakupil-bolee-1-mln-tonn-risa/430444/
Важные
Аренда сельхозземли в Украине может подорожать в пять раз - президент
В среднем 52 евро за гектар, который сдают граждане-собственники паев. Это просто нереалистичный показатель цены на аренду земли в Европе. Потому что в Литве - это 81 евро.
«Всё, предел»: Лукашенко раскритиковал отставание Могилёвской области в сельском хозяйстве (Видео)
Как выяснилось, северные регионы, в частности Могилевская область, вновь в аутсайдерах. И это несмотря на раннюю весну и заранее принятые меры.